Как в Сибири процветает VIP-охота в заказниках

 

Фото: www. russianlook. com

О начале сезона зимней охоты в Сибири стало известно по поступающим из разных регионов сообщениях о задержании браконьеров. В это же время Минприроды объявило об изменении правил охоты, на котором настаивают экологи, однако поправки не смогут повлиять на процветающее в Сибири браконьерство.

Госинспекторы известного скального заповедника «Столбы», который расположен в Красноярском крае, обнаружили на его территории кровяные следы копытного животного, которые привели к туше убитого марала. Сотрудники заповедника на месте составили акт о гибели животного, предположительно от огнестрельного ранения. В то же время омские инспекторы охотнадзора обнаружили убитую косулю в машине начальника полиции Колосовского района Дмитрия Бражникова. Руководитель районного ОВД подозревается в браконьерстве. В большинстве случаев наказать преступников почти невозможно, это связано с действующими в России правилами охоты, изменения которых добиваются сейчас экологи.

В Алтайском крае до сих пор не найдены застрелившие лося в заказнике «Кислухинский» Тальменского района в мае 2012 года. Браконьеры охотились на вертолете Robinson, которых в регионе всего несколько, и застрелили животное на глазах у егеря заказника — Сергея БАЙДУКОВА. По словам Байдукова, охотники на вертолетах встречаются редко, в основном они действуют на снегоходах, автомобилях, квадроциклах.

«Около 80% всех случаев браконьерской охоты проходят с помощью транспортных средств. До резонансного случая охоты на вертолете, в том же году, были пойманы браконьеры на снегоходе, убившие 7 лосей, но полицейские так и не смогли доказать их вину» — добавляет Байдуков.

Прорехи в правилах сделаны намеренно лишь для одного — чтобы высокопоставленным чиновникам можно было уходить от ответственности, уверены экологи. «При существующих правилах доказать вину богатого человека, у которого есть хороший адвокат, практически невозможно», — говорит руководитель программы по особо охраняемым природным территориям Гринпис России Михаил КРЕЙДЛИН.

Но так было не всегда. По словам Крейдлина, раньше под охотой понималось несколько действий: поиск, преследование и собственно сама добыча зверей и птиц — все это запрещалась делать с использованием технических средств. Позднее в правила были внесены изменения, и под охотой начали понимать только стрельбу, осуществлять которую с помощью транспорта запрещено, зато поиск, выслеживание и преследование с помощью него же — разрешено.

Поэтому доказательство того, что животное убито именно с транспортного средства вызывает трудности у правоохранителей. «Изменения в законе не изменит положения дел, так как браконьеры при охоте на парнокопытных используют гон до полного изнурения, а потом добивают их, даже не прибегая к огнестрельному оружию», — считают в российском офисе Гринпис.

«Копытные тяжело передвигаются по насту (корка льда на снегу ближе к весне) — у них проваливаются ноги, а когда они их достают, то ранятся об острые края ледяной корки, поэтому не могут бежать. В это время браконьеры даже не берут с собой специального оружия, а используют обрезок арматуры или бейсбольную биту, поэтому транспортное средство сейчас стало орудием преступлением», — приводит пример председатель «Геблеровского экологического общества» Алексей ГРИБКОВ.

Наиболее привлекательными в плане охоты в Сибири считаются территории с открытым пространством (степи, лесостепи), а животные — это прежде всего лось, косуля, марал, дикие кабаны, горные бараны (архары), обитающие в горной местности на юге Сибири.

«Животных становится с каждым годом все меньше, поэтому на них уже не охотятся на лыжах — так их просто не найти, нужна хорошая техника, с которой сейчас у состоятельных граждан проблем нет и с которой не могут конкурировать инспекторы охотнадзора», — уверен Грибков.

У бедных регионов, таких как Алтайский край, вообще на эту службу нет денег. «Алтайский край и Новосибирская область благодаря ландшафтам оказываются наиболее удобными для развлечений состоятельных охотников, в отличие от таежной Томской области. На сопоставимой территории этих регионов в Алтайском крае работают 23 инспектора, на каждого приходится 700-800 тысяч гектар угодий, а в Новосибирской области их 106 человек», — говорит Грибков. По его данным, за последние годы, численность службы сокращается.

«Каждый раз факты «элитного» браконьерства вызывают широкий общественный резонанс. Однако Минприроды с достойным лучшего применения упорством пытается сохранить законную возможность охотиться с помощью машин и вертолетов. Этому может быть только одно объяснение: эта возможность нужна кому-то в высшем руководстве министерства, а то и правительства», — предполагают в Гринпис России.

Мнение редакции может частично или полностью не совпадать с мнениями авторов публикаций

 



  • На главную

    © 2014 Охота